Предвыборная политическая комедия с элементами государственного бюджета
До парламентских выборов в Израиле остаются считаные дни. Страна переживает очередной приступ предвыборной щедрости. Политики наперебой обещают гражданам счастливое будущее, низкие цены, высокие пенсии, дешёвое жильё, сильную армию, мир на границах, процветающую экономику и всеобщее благополучие. Создаётся впечатление, что где-то в окрестностях Иерусалима обнаружили гигантское месторождение золота, о существовании которого Министерство финансов пока не подозревает.
Особенно интересное соревнование развернулось между оппозиционными партиями. Здесь уже недостаточно пообещать избирателю хорошую жизнь. Нужно непременно пообещать ему жизнь ещё лучше, чем соседняя партия. Причём желательно за меньшие деньги, в более короткие сроки и желательно уже с первого заседания нового правительства.
Прочитав опубликованные предвыборные программы, начинаешь подозревать, что оппозиционные лидеры соревнуются не столько за места в Кнессете, сколько за звание главного израильского Деда Мороза. Только мешки с подарками у всех разные. И каждый предполагает оплачивать свои подарки из одного и того же государственного бюджета.
Но самое занимательное начинается, если провести небольшой мысленный эксперимент. Предположим на минуту, что оппозиции удалось победить на выборах, сформировать коалицию и усадить всех её участников за один правительственный стол.И попросить каждого выполнить то, что он сегодня обещает своим избирателям.
Вот тут-то политическая комедия и начинается.
Айзенкот: два миллиона новых израильтян и счастливое будущее
Гади Айзенкот со своей партией «Яшар» подошёл к предвыборной кампании с военной основательностью: 12 стратегических целей и 10 основных шагов. Страна должна стать сильной, демократической, справедливой и процветающей. Армия — эффективной. Государственные учреждения — честными. Образование — качественным. Экономика — конкурентоспособной. В общем, практически всё, что израильтяне хотели бы получить ещё лет тридцать назад.
Однако настоящий размах обнаруживается в демографических планах. Айзенкот предлагает привлечь в Израиль миллион новых репатриантов за десять лет, а затем ещё миллион в последующее десятилетие. Два миллиона новых граждан! Прекрасная цель. Особенно если вспомнить, что каждому из них понадобится где-то жить, работать, учить детей, лечиться и передвигаться по стране.
Возможно, следующим пунктом программы следовало бы предусмотреть строительство ещё одного Израиля. Где-нибудь рядом с нынешним. Ведь существующий испытывает определённые трудности даже с обеспечением доступного жилья для уже проживающих здесь граждан.
Впрочем, Айзенкот предусмотрительно обещает разработать стратегический план на десять лет. И это тоже правильно. Сначала можно обещать два миллиона новых жителей, а затем десять лет разрабатывать стратегию, как их разместить. Главное, чтобы будущие репатрианты не приехали раньше окончания работы над документом.
Беннет и Лапид: всё включено, министерство счастья прилагается
Блок Нафтали Беннета и Яира Лапида «Беяхад» решил не ограничиваться десятком стратегических целей. Его программа напоминает рекламный каталог крупной туристической компании, предлагающей пятизвёздочный отдых по системе «всё включено».
Для пенсионеров — повышение выплат. Для молодых семей — поддержка. Для резервистов — жилищные льготы. Для детей — улучшенное образование. Для больных — доступная медицина. Для предпринимателей — меньше бюрократии. Для жителей периферии — налоговые послабления. Для потребителей — снижение цен на продовольствие на 30% за три года.
Последнее предложение заслуживает отдельного восхищения. Представьте себе: гражданин идёт в супермаркет, а продукты становятся дешевле почти на треть. Правда, пока непонятно, кто объяснит производителям, импортёрам, торговым сетям и налоговым органам, почему они должны дружно принять участие в этом празднике.
Особое внимание привлекают предложения по развитию северных городов. Специалистам, которые согласятся туда переехать, обещают гранты до 400 тысяч шекелей, а также освобождение от подоходного налога на четыре года.
То есть будущий репатриант Айзенкота приезжает в Израиль, отправляется в северный город Беннета, получает грант, перестаёт платить подоходный налог, покупает продукты на 30% дешевле и начинает наслаждаться новой жизнью. Остаётся только выяснить, кто в этой замечательной экономической модели будет наполнять государственную казну.
Но самое удивительное — авторы программы рассчитывают одновременно увеличивать социальные расходы, укреплять армию и снижать бюджетные издержки. Здесь явно обнаруживается новая экономическая теория. Деньги можно одновременно потратить, сэкономить и раздать населению.И желательно одни и те же.
Нобелевская премия по экономике пока не присуждена, но заявка выглядит многообещающе.
Либерман: одна партия, два языка, два политических меню
Особое место в нашем предвыборном театре занимает Авигдор Либерман. Партия «Наш дом Израиль», судя по опубликованным документам, предлагает избирателям не просто программу, а программу с языковой специализацией. Для русскоязычных граждан предусмотрен один набор разделов. Для ивритоязычных — другой.
Например, отдельные разделы об интеграции репатриантов и Конституции представлены в русскоязычной версии, а разделы о внутренней безопасности и укреплении Негева и Галилеи — в ивритской.
Разумеется, это не означает, что общие темы совершенно отсутствуют в другом тексте. Однако структура и степень детализации предложений заметно отличаются. Получается довольно занятная система политического обслуживания населения.
Заходит в условный предвыборный ресторан русский пенсионер — ему предлагают пенсионные надбавки, помощь с арендой жилья, поддержку репатриантов и Конституцию.
Заходит пенсионер, читающий на иврите, — ему предлагают повышение базового пособия по старости до 25% средней зарплаты, социальную надбавку до уровня минимальной заработной платы и дополнительные выплаты отдельным категориям граждан. На русском языке пенсионные обещания тоже присутствуют, но сформулированы и сгруппированы иначе.
Возникает вполне естественный вопрос: а после выборов какую программу собирается выполнять Либерман — русскую или ивритскую? Или в Министерстве финансов откроют два окна? Первое: «Пенсионеры, говорящие по-русски». Второе: «Пенсионеры, говорящие на иврите». И выдавать пособия будут в зависимости от того, на каком языке гражданин читал предвыборную программу.
Но настоящий шедевр политической мысли обнаруживается в разделе о Конституции. Либерман предлагает закрепить преимущество крупнейшей партии при формировании правительства. Прекрасный демократический принцип!
Правда, сегодня тот же Либерман не готов заранее поддержать притязания Айзенкота на руководство правительством только на основании того, что его партия может оказаться крупнейшей в оппозиционном лагере. Иными словами, принцип замечательный. Особенно когда крупнейшей партией является та, которую поддерживает сам Либерман. А если крупнейшей окажется чужая партия, принципу, вероятно, потребуется дополнительное конституционное толкование.
Ещё интереснее предложение отменить правило, при котором непринятие бюджета ведёт к досрочным выборам. То есть правительство может не договориться о главном финансовом документе государства, но сохранять власть.
Кроме того, русскоязычная программа НДИ содержит положение, по которому в первые два года существования правительства для его свержения потребуется большинство в 90 депутатов Кнессета. Какая трогательная забота о стабильности!
Получается, граждане могут избрать правительство, обнаружить, что оно не выполняет обещаний, дождаться бюджетного кризиса — и узнать, что менять власть станет значительно сложнее. Особенно приятно это должно выглядеть на фоне обещаний повысить эффективность демократии.
Впрочем, у Либермана имеются и более масштабные планы. Оборонный бюджет предлагается довести до 8% ВВП в предстоящее десятилетие. Увеличить армию, развивать собственную оборонную промышленность, укрепить полицию, системы вооружений и боевую готовность.
Одновременно — повысить пенсии, увеличить социальные выплаты и улучшить здравоохранение. Видимо, секрет заключается в том, что военные расходы будут оплачиваться из военного бюджета, пенсионные — из пенсионного, а общий государственный бюджет вообще не потребуется.
Яир Голан: а теперь перестанем воевать и начнём договариваться
Тем временем в кабинет министров входит Яир Голан со своими «Демократами». Он приносит совершенно другую картину будущего.
Израилю необходимо не только сохранять военную силу, но и переходить к политическим соглашениям, восстанавливать сотрудничество с Палестинской автономией, противодействовать аннексионным инициативам и искать дипломатические решения региональных конфликтов. Кроме того, партия выступает за изменение бюджетных приоритетов в пользу образования, медицины, социальной защиты и гражданской инфраструктуры.
Представим первую встречу Голана с Либерманом на заседании кабинета безопасности.
— Необходимо переходить от бесконечных войн к политическому урегулированию, — предлагает Голан.
— Необходимо наращивать военную мощь и готовность к действиям на нескольких фронтах, — отвечает Либерман.
— Нужно переводить военные достижения в дипломатические соглашения.
— Нужно обеспечить длительное военное превосходство.
— Нужно изменить приоритеты государственных расходов.
— Нужно закрепить высокий оборонный бюджет.
Председатель правительства внимательно выслушивает обоих и предлагает компромисс: «Будем одновременно сокращать войны и увеличивать расходы на их ведение». Постановление принимается единогласно. Правда, только до того момента, пока министр финансов не спрашивает, сколько это будет стоить.
А тут появляется Беннет и напоминает, что он ещё обещал разоружить ХАМАС, противодействовать Ирану, объявить Катар вражеским государством и выстроить новый региональный альянс. Но Голан снова открывает папку с дипломатическими соглашениями, а Либерман — с военным бюджетом. И заседание можно начинать сначала.
Особенно если к обсуждению добавить арабские партии.
Мансур Аббас: коалиция, в которую его не пригласили
Мансур Аббас со своей партией РААМ предлагает довольно практичный подход. Сменить действующее правительство, войти в новую коалицию и обеспечить ей четыре года стабильности. Одновременно добиться дополнительных вложений в арабские населённые пункты, образование, здравоохранение, инфраструктуру и борьбу с преступностью.
Казалось бы, что может быть проще? Человек хочет участвовать в правительстве и добиваться финансирования конкретных проектов. Однако существует небольшая организационная проблема.
Либерман прямо исключает участие арабских партий в будущей правящей коалиции. Такая же общая линия прослеживается у основных сионистских оппозиционных партий.
Получается весьма своеобразный диалог.
— Мы готовы помогать формировать новое правительство, — говорит Аббас.
— Большое спасибо, — отвечают потенциальные партнёры. — Только без вашего участия.
— Но как же мы будем выполнять нашу программу?
— А это уже ваши предвыборные трудности.
Не меньше вопросов вызывает всеобщая служба. Айзенкот, Либерман и другие лидеры сионистской оппозиции предлагают обязательную военную или гражданскую службу для всех. РААМ делает акцент на добровольных формах гражданской службы, причём вне структур Министерства обороны. В предвыборных программах обе позиции выглядят вполне достойно.
А вот в одном законе они уже требуют выбора: обязательная служба или добровольная? Можно, конечно, предложить компромисс — сделать добровольную службу обязательной. Для израильской коалиционной политики это, пожалуй, было бы вполне традиционным решением.
«Объединённый список»: деньги — людям, а не войнам
Есть ещё одна группа оппозиционных партий — «Объединённый список», объединяющий ХАДАШ, ТААЛ и БАЛАД. Здесь предлагают независимое палестинское государство в границах 1967 года со столицей в Восточном Иерусалиме, повышение минимальной заработной платы как минимум до 70% средней, увеличение налогов на высокие доходы и перераспределение государственных средств с военных целей на социальные нужды.
Программа достаточно последовательная. Но совершенно не совпадающая с рядом принципиальных установок НДИ. Либерман предлагает увеличить военные расходы. «Объединённый список» — перераспределять средства в пользу гражданских потребностей. Либерман выступает против политических уступок палестинцам. «Объединённый список» требует палестинской государственности. Либерман собирается формировать исключительно сионистское правительство. «Объединённый список» и сам не намерен становиться участником такой коалиции.
Поэтому о совместной правительственной программе здесь даже говорить трудно.
Однако существует ирония израильской парламентской арифметики: голоса арабских партий могут оказаться политически значимыми именно тогда, когда другим оппозиционерам не хватает мандатов для формирования большинства.
И тогда выяснится, что арифметика Кнессета несколько отличается от арифметики предвыборных обещаний.
Первое заседание правительства: кто оплатит праздник?
Теперь соберём все обещания в один документ. Предположим, коалиция сформирована и новый премьер-министр открывает первое заседание. Министр обороны требует увеличить военные расходы и закрепить долгосрочное финансирование армии. Министр социального обеспечения требует повысить пенсии. Министр экономики напоминает об обещанном снижении цен на продовольствие на 30%. Министр строительства предлагает новые программы доступного жилья. Министр образования требует дополнительных средств на школы и преподавателей. Министр здравоохранения — на больницы, врачей и медицинское оборудование. Министр транспорта просит финансирование новой инфраструктуры. Министр алии напоминает, что вскоре нужно принять первый миллион новых репатриантов. Министр по развитию периферии требует гранты в сотни тысяч шекелей и налоговые льготы. Министр внутренней безопасности хочет дополнительные силы полиции и новые специальные подразделения.
И наконец, министр финансов осторожно поднимает руку: — Господа, а откуда деньги?
В зале воцаряется тишина. Первым отвечает представитель Беннета:
— Мы сократим неэффективные расходы. — Какие именно?
— Те, которые неэффективны. — А кто определит, какие расходы неэффективны?
— Специальная правительственная комиссия. А сколько будет стоить комиссия?
— Это уже вопрос следующего заседания.
Представитель Голана предлагает перераспределить бюджетные приоритеты.
Либерман категорически возражает против сокращения оборонных расходов.
Айзенкот предлагает разработать долгосрочный стратегический план.
Остальные предлагают создать рабочую группу.
Так появляется первое конкретное достижение новой коалиции: комиссия по изучению возможности согласования ранее данных обещаний. Её решения, разумеется, будут приняты после дополнительного согласования.
Премьер-министр у нас уже есть. Осталось выяснить, кто именно
Но прежде чем делить деньги, будущим партнёрам придётся разобраться ещё с одной небольшой формальностью. Кто будет премьер-министром?
26 сентября лидеры пяти оппозиционных партий договорились координировать действия перед выборами и готовить основу для будущего правительства. Правда, общего кандидата на должность премьер-министра они тогда не определили. Видимо, решили не портить атмосферу преждевременным выяснением самого главного вопроса.
Айзенкот считает важнейшим аргументом положение крупнейшей партии. Беннет возглавляет собственный блок и также претендует на руководство. Либерман не желает заранее признавать преимущество Айзенкота и выступает против правительства меньшинства.
Причём здесь возникает ещё один замечательный парадокс. Айзенкот допускал формирование правительства с 58–59 депутатами при последующем расширении поддержки. Либерман заявил, что не поддержит правительство меньшинства даже временно. Таким образом, политические партнёры ещё до выборов не могут договориться не только о том, как управлять страной, но даже о том, на каких условиях они готовы начать это делать.
Получается почти идеальная коалиционная формула: Мы обязательно сформируем правительство. Но пока не знаем, кто его возглавит, кто в него войдёт и сколько голосов потребуется для его создания. Зато точно знаем, что нынешнее правительство должно уйти. В качестве общего политического знаменателя это, конечно, работает.
Но государственная программа из одного знаменателя, увы, не составляется.
Большая коалиционная распродажа
В обычном магазине действует довольно понятное правило: если на ценнике написано 100 шекелей, покупатель рассчитывает заплатить именно 100. Предвыборный рынок работает иначе.
Здесь каждый политик выставляет собственный товар по самой привлекательной цене. Один обещает увеличить пенсии. Другой — снизить стоимость продуктов. Третий — расширить социальные услуги. Четвёртый — увеличить оборонные расходы. Пятый — перераспределить бюджет в пользу гражданского сектора. Шестой — изменить отношения с палестинцами. А седьмой заявляет, что с шестым вообще не собирается сидеть за одним столом. Каждый избиратель выбирает понравившееся предложение.
Но после выборов все эти товары свозят на один коалиционный склад. И там обнаруживается, что часть товаров невозможно совместить, на другую часть нет денег, а некоторые вообще запрещены условиями сотрудничества между продавцами. Начинается знакомая процедура.
Обещанное увеличение пенсий превращается в поэтапное повышение при наличии бюджетных возможностей. Снижение цен — в программу борьбы с монополиями. Доступное жильё — в создание межведомственной комиссии. Конституционная реформа — в консультации с юридическими экспертами. Региональный мир — в продолжение изучения дипломатических возможностей.
А принципиальные политические разногласия объявляются временно отложенными в интересах национального единства. В итоге каждый лидер торжественно сообщает своим избирателям, что сумел добиться важнейших уступок от коалиционных партнёров. И предпочитает не уточнять, от каких собственных обещаний пришлось отказаться.
Самое смешное — и самое печальное
Конечно, коалиционные компромиссы существуют во всех парламентских демократиях. Ни одна многопартийная коалиция не может механически исполнить сто процентов программ каждого участника.
Но есть существенная разница между разумным компромиссом и ситуацией, когда политики заранее продают избирателям взаимоисключающие варианты государственного будущего.
Человек, голосующий за расширение военной мощи и силовую стратегию, может обнаружить, что его партия вошла в правительство, которое ищет политическое урегулирование.
Избиратель, рассчитывающий на сокращение военных расходов в пользу социальной сферы, может получить коалицию, увеличивающую оборонный бюджет.
Гражданин, голосующий за включение арабских партий во власть, может увидеть, что без их исключения коалиционное соглашение вообще не подписывается.
А пенсионер, внимательно изучавший финансовые обещания на родном языке, рискует обнаружить, что окончательную версию программы правительства составляли люди, читавшие совершенно другие разделы.
И самое неприятное заключается даже не в том, что кто-то обязательно обманет своих избирателей сознательно.
Гораздо хуже другое: политические лидеры уже сейчас должны понимать, что значительную часть коллективно обещанного им придётся принести в жертву будущей коалиции.
При этом избирателю предлагают проголосовать за полную программу сегодня, а узнать, какие именно её пункты будут отменены, — только после выборов. Сколько это будет стоить в процентах обманутых ожиданий — треть, половину или больше — подсчитать невозможно.
Но сам принцип прекрасно знаком каждому покупателю. В рекламном объявлении обещают полный комплект. А после оплаты выясняется, что половина оборудования поставляется отдельно, часть функций недоступна и вообще всё зависит от соглашения с третьими лицами.
Только в магазине при подобных обстоятельствах можно хотя бы потребовать возврата денег. На выборах вернуть голос уже нельзя. Следующей возможностью разобраться с поставщиком станет очередное голосование.
И вот здесь возникает главный вопрос нынешней кампании. Что именно предлагает израильская оппозиция: альтернативное правительство с согласованной программой или оптовую продажу политических надежд, которые после выборов будут обменяны на министерские кресла?
Возможно, политики действительно смогут договориться. Возможно, создадут правительство. Возможно, даже проведут важные реформы. Но тогда им уже сегодня следовало бы представить избирателям не шесть отдельных каталогов счастливой жизни, а хотя бы один общий документ: что они действительно собираются делать вместе, от чего готовы отказаться и где намерены взять деньги.
Потому что пока складывается удивительная картина. Оппозиция обещает избирателям золотые горы. Но каждый лидер обещает свои горы, на чужой территории и за счёт общей казны.
А после выборов вполне может оказаться, что золото было предвыборным, горы — бумажными, а платить за строительство счастливого будущего снова придётся самим гражданам.
Причём независимо от того, на каком языке они читали обещания Авигдора Либермана.
Урий Бенбарух
