Часть I. Смерть Путина, оккупация Нарвы и слабость НАТО. Кто придумал сценарий новой войны?
Информационные войны не заканчиваются вместе с обычными
Войны рано или поздно заканчиваются. Подписываются соглашения, прекращаются боевые действия, меняются политические руководители, восстанавливаются экономические отношения. Однако информационные войны редко завершаются одновременно с вооружёнными конфликтами. Более того, нередко именно в момент приближения мирного урегулирования информационное противостояние приобретает новое содержание. Если исчезает прежний повод для мобилизации общества, возникает необходимость объяснить, почему политический и экономический курс, сложившийся во время войны, должен сохраняться.
Для этого даже не нужен достоверный прогноз. Достаточно яркого сценария, громкого заголовка и авторитетного источника. Затем в дело вступают СМИ. Условное «может произойти» всё чаще звучит как «обязательно произойдёт».
Как правило особое место в таком механизме занимают аналитические исследования, посвящённые будущим угрозам. Естественно, это ведь не журналистские байки, а вполне солидные люди и институты, что якобы знают эту тему не понаслышке. При этом преимущество этих «исследований» заключается в том, что они не обязаны предсказывать конкретное событие. Достаточно показать, какие последствия оно может вызвать, чтобы обосновать необходимость определённых действий уже сегодня.
Именно с этой точки зрения заслуживает внимания опубликованное 10 ноября 2026 года исследование RAND Europe «Ready for War 2030: A Scenario. Bolstering the UK and NATO’s Preparedness» — «Готовность к войне в 2030 году: сценарий. Укрепление готовности Великобритании и НАТО». Сюжет почти кинематографический: Путин умирает, в Кремле меняется власть, война в Украине прекращается, а Россия вторгается в Эстонию. НАТО вступает в бой. Европа несёт огромные потери… Такой сюжет практически гарантирует внимание читателя.
Однако если отказаться от первоначального эмоционального впечатления и обратиться непосредственно к исследованию, обнаруживается совершенно иная картина. Смерть и смена власти, вторжение в Эстонию и большая европейская война оказываются лишь условной конструкцией, на основании которой авторы последовательно обосновывают необходимость серьёзных изменений в экономической, военной и административной политике Великобритании и её европейских союзников.
Возникает закономерный вопрос: что именно исследователи хотели показать этим сценарием и кому могут быть выгодны предлагаемые ими решения?
Кто такие исследователи и в чьих интересах они работают?
RAND Corporation — американская исследовательская организация, выросшая из военно-стратегических разработок для ВВС США. Её европейское подразделение изучает оборону, безопасность и государственную политику. Авторы доклада — Джеймс Блэк, Киран Суман-Чаухан и Лиэнн Иорио. Их профессиональная среда — оборонное планирование, закупки, военные технологии, отношения государств с НАТО.
На титульной странице указано: работа подготовлена за счёт собственных ресурсов RAND, в том числе доходов организации, пожертвований без целевого назначения и средств инвестиционного фонда. Специальный заказчик не назван. Следовательно, утверждать, что документ оплатили британское правительство, НАТО или производители вооружений, нельзя.
Но важнее другой вопрос: кому пригодятся выводы? Исследователям не обязательно получать прямой заказ, чтобы видеть, какие темы сегодня востребованы в министерствах и парламентах. Доклад отвечает на вполне конкретный запрос оборонной политики: как готовиться к большой войне и что для этого изменить уже сейчас.
Украинская война прекращается. Военная экономика — нет
Сразу уточним: RAND не предсказывает смерть Путина и не назначает войну на 2030 год. Авторы прямо называют происходящее условным сценарием. В этой модели президент умирает в январе 2027 года, то есть буквально «завтра». И после борьбы в Кремле власть получает бывший генерал ФСБ. Весной он соглашается на прекращение огня в Украине при посредничестве США и частичное смягчение санкций. Но мирного договора нет. Летом 2027 года конфликт замораживается; Россия сохраняет занятые территории и направляет освободившиеся ресурсы на восстановление армии.
Затем следуют кибератаки, диверсии и информационные операции против европейских стран. И к 2030 году появляется новая война — уже между Россией и НАТО. Чем занимался весь мир, эти три года авторы скромно упускают. Хотя видимо тренируются отражать российские кибератаки и диверсии и информационные кампании, направленные на ослабление единства НАТО.
Но это по мнению авторов не существенно для анализа, ведь заказали другой сюжет из которого следуют выводы:
Вот первый политический эффект сценария: даже мир в Украине не означает конца европейской военной мобилизации. Если боевые действия продолжаются — нужны вооружения. Если прекращаются — вооружения всё равно нужны: Россия, согласно модели, получает время восстановиться. Оборонные программы сохраняют обоснование при обоих исходах.
Это не доказательство того, что авторы хотят продолжения войны. Это демонстрация того, насколько удобно такой сценарий ложится в аргументацию сторонников долгосрочных военных расходов. Вариант устойчивого политического урегулирования и снижения напряжённости в данной модели подробно не исследуется.
Почему именно Эстония? Военная цель или проверка существования НАТО
В мае 2030 года по сценарию Москва использует конфликт вокруг русскоязычного населения Нарвы. После беспорядков российские войска входят на территорию Эстонии. Но дело не в ценности самого города. Расчёт Москвы в модели RAND — проверить, будет ли НАТО воевать ради небольшого участка территории своего участника.
Пятая статья Североатлантического договора предусматривает коллективную защиту при нападении на союзника. Нарва становится проверкой: существует ли НАТО как реальная военная сила или только как набор политических обещаний?
Эстония выбрана не случайно. Она граничит с Россией, а Великобритания играет заметную роль в размещённых там многонациональных силах НАТО. Кризис немедленно затрагивает британские обязательства.
По сценарию альянс всё-таки вступает в войну. Но быстро обнаруживаются проблемы: мало боеприпасов, не хватает систем ПВО, уязвимы порты, транспорт и производство. Война затягивается. В ноябре 2030 года стороны соглашаются на прекращение огня, а Нарва и часть прилегающей территории остаются под российским контролем.
Формально союзники пришли на помощь. Практически — не смогли восстановить прежнее положение. Вывод для военно-политического руководства альянса: одного формального существования пятой статьи недостаточно. Для её реализации необходимы реальные военные возможности, подготовленные вооружённые силы, устойчивые производственные цепочки и достаточное финансирование. В таком контексте Нарва становится не столько предполагаемой целью российской территориальной экспансии, сколько удобной точкой для проверки всей системы европейской коллективной обороны.
Хотя тут же за компанию и пуганули все эстонское правительство, мол не надейтесь, что при вашей «политике» Европа будет биться за вас до конца. Чем исследователям не угодила Эстонию, можно только предполагать, но «воевать» предполагается в 2030 году на ее территории.
Американский фактор: НАТО должно воевать, но Европа должна платить
Ещё одно допущение RAND — кризис в Южной Америке летом 2029 года. США переключают силы на Западное полушарие; напряжённость в Азии также ограничивает американское участие в Европе. Поэтому британцам и европейским союзникам приходится самим нести основную тяжесть противостояния с Россией.
Кризис в Южной Америке — не установленный прогноз, а специально выбранное условие. Но политический посыл вполне земной: Европа не должна рассчитывать, что Вашингтон в решающий момент возьмёт на себя всю военную нагрузку.
Этот вопрос возник задолго до доклада. В июне 2025 года страны НАТО согласовали ориентир совокупных оборонных и связанных с безопасностью расходов до 5% ВВП к 2035 году: не менее 3,5% — на основные оборонные потребности и до 1,5% — на смежные направления [2]. RAND даёт дополнительное объяснение, почему европейским странам придётся выполнять эти обязательства.
То есть если Европе рассчитывать на решающую американскую помощь в будущем конфликте нельзя, значит, необходимо создавать собственные производственные мощности, увеличивать военные запасы, расширять системы противовоздушной обороны и совершенствовать управление военными операциями.
Главный адресат — Лондон
Хотя на обложке фигурируют и НАТО, и война с Россией, большинство практических рекомендаций обращено к Великобритании. Исследование содержит двенадцать тематических сценариев, посвящённых проблемам устойчивости общества, военной экономики, критической инфраструктуры, здравоохранения, кибербезопасности, искусственного интеллекта, космических систем, людских ресурсов, промышленного производства, противовоздушной обороны, боеспособности вооружённых сил, предотвращения эскалации и послевоенного урегулирования.
Практически каждый раздел завершается рекомендациями о том, что Великобритания может предпринять к 2030 году. Именно эти предложения представляют основной политический и экономический интерес.
Авторы предлагают создавать резервы, укреплять снабжение, расширять производство вооружений и заранее готовить законы для чрезвычайного перераспределения заказов, материалов, рабочей силы и промышленных мощностей. Государство должно уметь быстро направить экономику на обеспечение войны.
Это уже не фантастический сюжет про Нарву. Это план перестройки системы государственного управления и гражданской экономики. Причём начинать предлагается до войны.
Что следует из первой части
Смерть президента России и нападение на Эстонию — это лишь декорации сценария, а не доказанные события будущего. За ними стоит практический набор рекомендаций: укреплять армию, менять экономические механизмы, готовить население и увеличивать производственные возможности.
Войны ещё нет. А программа подготовки к ней уже расписана. Почему исследование появилось именно в ноябре 2026 года, и кто заинтересован в реализации этой программы — об этом во второй части.
Продолжение следует.
PhD Юрий Бочаров, политический аналитик, Израиль
