От трёх миллионов к миллиарду: почему Узбекистан делает ставку на Оман

Новая модель экономического партнёрства: от торговли готовыми товарами к совместным инвестициям, производству и освоению международных рынков.

События последних дней, связанные с государственным визитом президента Узбекистана Шавката Мирзиёева в Султанат Оман, заслуживают внимания далеко за пределами обычной дипломатической хроники. По итогам переговоров с султаном Хейсамом бин Тариком Аль Саидом отношения двух государств были выведены на уровень стратегического партнёрства. Стороны обменялись более чем 30 документами, договорились расширить инвестиционное сотрудничество, развивать транспортную инфраструктуру и промышленную кооперацию. На узбекско-оманском бизнес-форуме был представлен портфель совместных проектов стоимостью 5 миллиардов долларов и поставлена амбициозная цель — довести двусторонний товарооборот до 1 миллиарда долларов.

На первый взгляд, подобные планы могут вызвать определённое удивление. По имеющимся данным, за девять месяцев 2026 года товарооборот между двумя странами составил всего около 3,2 миллиона долларов. Иными словами, поставлена задача увеличить взаимную торговлю в сотни раз по сравнению с её нынешним масштабом. Причём речь идёт о государствах, которые не имеют общей границы, находятся в разных географических регионах и пока не располагают устойчивыми крупными торговыми потоками между собой.

Возникает закономерный вопрос: на чём основаны столь масштабные ожидания и действительно ли Узбекистану есть что предложить Оману?

Если рассматривать ситуацию с позиций традиционной международной торговли, определённые сомнения вполне объяснимы. Узбекистан обладает значительным сельскохозяйственным и промышленным потенциалом, экспортирует текстиль, металлы, электротехническую продукцию, фрукты и овощи. Однако Оман расположен далеко, а транспортировка товаров из Центральной Азии требует сложной логистики, пересечения территорий нескольких государств и значительных расходов.

Возьмём, к примеру, обычные фрукты. Узбекистан известен своим виноградом, черешней, абрикосами, персиками и другой плодоовощной продукцией. В 2025 году страна экспортировала более 2,1 миллиона тонн фруктов и овощей на сумму около 2,1 миллиарда долларов. В то же время в Омане, несмотря на развитие собственного сельского хозяйства, уровень самообеспеченности фруктами, за исключением фиников, составляет лишь около 24 процентов. Казалось бы, перед нами очевидная возможность для сотрудничества: одна страна располагает значительными объёмами продукции, другая заинтересована в её импорте.

Но между потенциальным спросом и реальной торговлей лежит проблема доставки. Узбекская черешня или виноград должны не просто попасть на прилавки Омана, а оказаться там по цене, позволяющей конкурировать с продукцией других поставщиков. Необходимо организовать холодильное хранение, транспортировку, таможенное оформление, обеспечить сохранность и качество товара. При существующих маршрутах затраты способны сделать даже качественную и относительно недорогую продукцию неконкурентоспособной.

И здесь мы подходим к главному вопросу: а обязательно ли строить экономические отношения по старой модели, когда одна страна производит и продаёт товар, а другая его покупает?

Судя по содержанию достигнутых соглашений, руководство Узбекистана предлагает значительно более интересный подход. Речь идёт о переходе от простой торговли к совместной экономической деятельности, когда партнёры инвестируют, создают предприятия, формируют транспортные цепочки, осваивают новые рынки и получают выгоду от общего результата. В такой модели значение имеют уже не только существующие объёмы взаимных поставок, но и производственный потенциал одной страны, финансовые возможности другой, а также их способность совместно организовать выход на рынки третьих государств.

Узбекистан располагает территорией, населением, трудовыми ресурсами, сырьевой базой и растущим промышленным сектором. Оман обладает инвестиционным капиталом, развивающейся портовой инфраструктурой и возможностями выхода на рынки Персидского залива, Индийского океана и Восточной Африки. Это разные экономические преимущества, но именно их сочетание способно создать основу для нового уровня сотрудничества.

Причём речь уже идёт не только о намерениях. В июне 2026 года оманская логистическая группа Asyad получила контрольные доли в двух крупных логистических компаниях Узбекистана. Это важный практический шаг: иностранный партнёр начинает участвовать в организации самой системы перевозок, а не ограничивается ролью покупателя готовой продукции.

Теперь можно рассматривать создание единой цепочки, связывающей узбекские предприятия, транспортные терминалы, морские порты Омана и конечных покупателей в других странах. В ходе переговоров в Маскате обсуждались создание логистической инфраструктуры в порту Сохар, формирование общей торгово-логистической платформы и развитие грузового авиасообщения.

Конечно, эти решения не устраняют автоматически все географические и транспортные трудности. Однако меняется сам подход к их преодолению. Вместо того чтобы каждый производитель самостоятельно искал наиболее дешёвую возможность доставить свой товар за тысячи километров, появляется перспектива формирования совместной инфраструктуры, обслуживающей целые отрасли и устойчивые товарные потоки.

Ещё более показательны договорённости о промышленной кооперации. Президент Шавкат Мирзиёев сообщил о планах совместного производства кабельной и трансформаторной продукции с последующим экспортом в соседние страны. Обсуждаются инвестиционные проекты в химической промышленности, геологоразведке, переработке минерального сырья, энергетике и других секторах.

Это уже качественно иная экономическая модель. Узбекистан предлагает партнёру возможность зарабатывать на развитии производства, а не только на перепродаже товаров.Оман, в свою очередь, получает возможность инвестировать в перспективные предприятия, участвовать в создании продукции с большей добавленной стоимостью и расширять собственное экономическое присутствие в Центральной Азии.

Характерно, что стороны договорились увеличить уставный капитал Узбекско-Оманской инвестиционной компании до 500 миллионов долларов, расширить деятельность инвестиционных фондов и рассмотреть создание коммерческого банка. Эти финансовые механизмы должны обеспечить реализацию совместных промышленных и логистических проектов.

Для Узбекистана подобное сотрудничество открывает возможности выхода за пределы традиционных рынков, привлечения капитала и укрепления экономических связей с арабским миром. Расширение круга независимых экономических партнёров одновременно укрепляет позиции страны в международных отношениях.

Конечно, заявленный портфель проектов стоимостью 5 миллиардов долларов ещё предстоит превратить в реальные предприятия, инвестиции и торговые контракты. Однако оценивать перспективы сотрудничества исключительно по сегодняшним трём миллионам долларов товарооборота было бы неправильно. Совместное производство, инвестиции и развитие транспортной инфраструктуры способны создать торговые потоки, которых прежде просто не существовало. Именно такой подход может сделать достижимой поставленную цель — миллиард долларов взаимной торговли.

На мой взгляд, в этом и заключается основная идея экономической политики президента Шавката Мирзиёева: не ограничиваться поиском покупателей для уже произведённых товаров, а совместно с заинтересованными государствами создавать новые производства, транспортные маршруты и рынки сбыта.

Для этого необязательно иметь общие границы или многолетнюю историю интенсивной торговли. Достаточно, чтобы у партнёров были взаимодополняющие возможности, экономические интересы и готовность к совместной работе.

В конечном счёте всё определяется тем, какую экономическую модель стороны готовы построить. Можно годами пытаться увеличить небольшие объёмы взаимной торговли, а можно создать совместные предприятия, инвестиционные институты и транспортную инфраструктуру, которые сами сформируют новые возможности для торговли.

Именно второй путь сегодня выбирает Узбекистан. И потому главный результат нынешнего визита Шавката Мирзиёева в Оман следует искать даже не в количестве подписанных документов и не в масштабах объявленных инвестиций. Гораздо существеннее то, что Ташкент пытается выстроить новую модель международного экономического партнёрства, в которой расстояние между государствами компенсируется совпадением их интересов, а существующие ограничения становятся основанием для поиска совместных решений.

В условиях меняющейся мировой экономики такой подход заслуживает поддержки. Его практические результаты покажет время, но уже сегодня можно сказать, что Узбекистан стремится не просто расширить географию своей торговли, а изменить сам характер международных экономических отношений, в которых он участвует.

PhD Юрий Бочаров, политолог, Израиль

Вам также может понравиться!