Первого апреля 2025 года, в день, когда весь мир привык шутить, Израиль получил новость, которую многие восприняли как розыгрыш. Бывший премьер-министр Нафтали Беннет официально зарегистрировал новую партию — пока под рабочим названием «Беннет 2026». Это стало не просто политическим жестом. Это был вызов. Причём не только действующему премьеру Биньямину Нетаньяху, но и всей правой и левоцентристской конфигурации израильской политики. Время пошло.
Молчание — золото: стратегия выжидания Беннета
В течение последних шести месяцев имя Нафтали Беннета не сходило с верхних строчек политических рейтингов. Его виртуальная партия стабильно получала от 20 до 30 мандатов в гипотетических опросах. Однако, несмотря на такую популярность, Беннет хранил почти монашеское молчание. Ни громких заявлений, ни программ, ни коалиционных ультиматумов — только редкие реплики по текущим вопросам. В кулуарах это объясняли просто: Беннет не хотел «перегореть» до старта кампании.
«Нафтали хорошо понимает, насколько быстро меняется израильская публика. Сегодня тебя носят на руках, завтра — хотят посадить», — объясняет политолог и бывший советник Кнессета Йоэль Леви.
Такое выжидание, как показывает история, редко приносит дивиденды, но Беннету оно явно идёт на пользу. Он предпочёл встать в тень в момент, когда Израиль увяз в поствоенной политике, бюджетных баталиях и коррупционных скандалах. И когда на горизонте замаячил новый «Катаргейт», он сделал первый шаг.
Блок без эго: Либерман и Беннет — неожиданный тандем?
Пожалуй, самым неожиданным поворотом стал намёк на возможный альянс между Нафтали Беннетом и Авигдором Либерманом — лидером партии «Наш дом Израиль». Сам Либерман в интервью 12 каналу заявил: «У нас нет эго. Если мы увидим, что совместное участие в выборах принесёт больше мандатов – мы пойдём вместе. Если раздельное участие будет более эффективным – будем баллотироваться отдельно».
Этот альянс может оказаться взрывным — в хорошем смысле слова. Беннет вбирает в себя электорат как правых, так и левых, а Либерман всегда удерживал твёрдую базу среди русскоязычных и светских избирателей.
Но Либерман сразу поставил одну черту — никаких переговоров с Гади Айзенкотом из «Государственного лагеря»: «У нас слишком разные взгляды на вопросы безопасности и политики».
Возможно, это и делает союз Беннета и Либермана более логичным — оба предпочитают играть вдолгую, без лишней риторики.
Возвращение под грохот скандалов: Беннет выбрал момент не случайно
Израильские СМИ почти в унисон отмечают, что дата объявления новой партии выбрана не случайно. Именно в эти дни усиливается давление на канцелярию премьер-министра по делу «Катаргейт» — предполагаемому вмешательству Катара во внутреннюю политику Израиля через финансовые каналы и «мягкое влияние».
«Беннет не хочет повторять ошибок прошлого. Он тщательно подбирает союзников и не торопится с идеологической платформой», — поясняет политический обозреватель Дафна Лиэль.
По данным опроса, проведённого по заказу телеканала КАН, 42% израильтян считают, что дело «Катаргейт» имеет под собой реальные основания. Однако 31% полагают, что это просто политическая игра. Это — идеальная питательная среда для «нового Беннета», который может прийти как «антисистема», но не анархист.
«Широкая сионистская коалиция»: с арабами — не ко двору
Выступая перед студентами в Колумбийском университете, Нафтали Беннет прямо заявил: «Мы можем создать коалицию с 90 мандатами, которая вернёт Израиль на правильный путь. Но чтобы сделать это, нам надо создать сионистскую коалицию. Это значит, что в ней не будет арабских партий».
Эти слова вызвали бурю критики на левом фланге, но стали настоящим манифестом для правого центра. Особенно на фоне беспокойства общественности после событий 7 октября и последующей войны с ХАМАС.
Цифры не врут: Беннет перетасовывает весь политический ландшафт
Последние соцопросы от «Маарив» и КАН говорят о беспрецедентном раскладе:
- Партия Беннета получает от 25 до 27 мандатов.
- «Ликуд» падает до 19–24 мандатов.
- «Государственный лагерь» Бени Ганца — сжимается до 8.
- «Еш Атид» Лапида — до 9.
- «Наш дом Израиль» — до 7–9 мандатов.
- «ШАС» — остаётся стабильной с 10.
Даже ультраортодоксальные партии теряют — «Еврейство Торы» и «Оцма Йегудит» теряют по 1–2 мандата. Единственные, кто не страдает от «беннетизации» — партия ШАС.
Беннет собирает «по нитке» с каждого лагеря, и это уникальное явление. По оценке политолога Ноама Пинеса:«Он впервые с 2009 года смог сформировать то, что можно назвать постидеологическим центром. Люди устали от крайностей».
«Дорогой лидер» — с благословения Вашингтона?
Интересно, что объявление Беннета о регистрации партии последовало сразу после его визита в США. Его выступление в Колумбии сопровождалось встречами с представителями американского еврейского лобби. Один из высокопоставленных источников в AIPAC, пожелавший остаться анонимным, сообщил: «Беннет — наш предпочтительный кандидат. Он умеет договариваться, в отличие от Нетаньяху, который постоянно действует как торговец с базара».
Беннет обещал американским студентам «новый Израиль без идеологических крайностей». А это уже серьёзная заявка на внешнеполитическое переформатирование.
Закулисные переговоры и тень 2026 года
Несмотря на рост рейтингов, Беннет до сих пор официально не заявил, что будет баллотироваться. В канцелярии отвечают уклончиво:«Он выпустит заявление, если и когда решит баллотироваться в Кнессет».
Это — элемент стратегии. Пока другие политические игроки метаются между антииранскими заявлениями и спорами о бюджете, Беннет выжидает и выстраивает сеть союзов. Переговоры с Либерманом, неформальные контакты с центристами и даже намёки на взаимодействие с частью ультраортодоксов — всё это пазлы одной мозаики.
Вывод: новая игра началась — и Беннет уже ведёт в счёте
Нафтали Беннет возвращается в политику не как «премьер поневоле», каким он был в 2021 году, а как архитектор нового политического центра. Его ставка — на усталость избирателя от старых лиц и радикальных лозунгов. Он не боится называть вещи своими именами, но избегает конфронтации.
Если политическая зима 2025 года будет такой же бурной, как предсказывают аналитики, то именно партия «Беннет 2026» может стать центром новой конфигурации власти. И тогда бывший премьер, над которым многие посмеивались, станет самым серьёзным игроком в израильской политике — снова.
