Азербайджан превратился в ключевой элемент логистики Евразии. При этом, с одной стороны, это следствие имеющих место в мире геополитических процессов, а с другой, фактор, открывающий возможности для стран нескольких регионов и предопределяющий геополитические процессы в этих регионах на долгие годы.
События последних месяцев на Ближнем Востоке наглядно показали, насколько определяющим в международных отношения и внешней политике государств является экономический фактор: вопросы ресурсов, торговли, коммуникаций. Именно он заставляет даже мировых лидеров выделывать невероятные пируэты в стремлении внести коррективы в свою внешнюю политику.
Еще десять лет назад будущее мировой торговли казалось предельно очевидным. Контейнеры двигались через Суэцкий канал, энергоносители шли через Ормузский пролив, а глобализация строилась на принципе максимальной дешевизны морских перевозок.
Сегодня эта модель стремительно меняется. Пандемия COVID-19, кризис цепочек поставок, атаки на судоходство в Красном море, обострение противостояния между крупнейшими мировыми державами и растущая нестабильность на Ближнем Востоке заставили государства пересмотреть прежние представления о безопасности торговли.
Мир вступил в эпоху, когда транспортные маршруты становятся не менее важным стратегическим ресурсом, чем нефть, газ или редкоземельные металлы. Именно поэтому в последние годы мы наблюдаем настоящую борьбу за создание новых коридоров между Европой и Азией.
На наших глазах формируется новая геоэкономическая карта Евразии.
Конец эпохи единственного маршрута
В течение десятилетий глобальная экономика опиралась на несколько ключевых морских артерий. Через Суэцкий канал проходит значительная часть мировой торговли между Азией и Европой. Через Ормузский пролив транспортируется огромная доля мирового энергетического экспорта. Через Баб-эль-Мандеб осуществляется сообщение между Индийским океаном и Средиземноморьем.
Но каждая из этих точек представляет собой потенциальное «узкое горлышко». Достаточно вспомнить блокировку Суэцкого канала контейнеровозом Ever Given в 2021 году. Всего несколько дней простоя привели к миллиардным потерям мировой экономики. Последующие кризисы в Красном море лишь подтвердили, насколько уязвима существующая система международной торговли.
Государства получили наглядный урок: зависимость от ограниченного числа маршрутов превращается в серьезный стратегический риск.
Поэтому сегодня ведущие мировые игроки стремятся создать сеть альтернативных транспортных путей, способных обеспечить устойчивость поставок даже в условиях политических кризисов и военных конфликтов.
Большая конкуренция коридоров
Именно этим объясняется появление сразу нескольких масштабных транспортных инициатив. Китай продолжает развивать проект «Один пояс — один путь», который должен связать Восточную Азию с Европой сетью сухопутных и морских коммуникаций.
Соединенные Штаты, Европейский союз, Индия, Саудовская Аравия и ОАЭ продвигают проект IMEC — Индийско-Ближневосточно-Европейский экономический коридор, призванный соединить Индию с Европой через страны Персидского залива и Восточное Средиземноморье.
Параллельно растет значение Транскаспийского международного транспортного маршрута, более известного как Средний коридор. После начала российско-украинского конфликта именно он стал рассматриваться многими странами как наиболее перспективная альтернатива северным маршрутам.
Теперь к этой конкуренции подключается и Турция. Проект «Четыре моря — девять коридоров» представляет собой гораздо больше, чем очередную транспортную инициативу. По сути, Анкара предлагает собственную концепцию организации торгового пространства между Европой, Ближним Востоком, Кавказом и Центральной Азией.
Особенность проекта заключается в том, что он объединяет сразу несколько стратегических регионов — Черноморский бассейн, Средиземноморье, Каспий и Персидский залив.
Если этот замысел будет реализован хотя бы частично, Турция сможет превратиться из транзитной страны в один из важнейших логистических центров Евразии.
Почему Турция действует именно сейчас
Появление инициативы трудно назвать случайным. На протяжении последних двух десятилетий Турция последовательно создавала необходимую инфраструктурную основу: модернизировала порты, строила скоростные железные дороги, развивала международные автомагистрали и энергетические коммуникации.
Однако сегодня Анкара преследует уже иную цель. Если раньше Турция стремилась выполнять роль моста между Востоком и Западом, то теперь она претендует на статус самостоятельного центра силы, через который будут проходить основные транспортные потоки огромного региона.
В современной геоэкономике контроль над логистикой означает влияние на торговлю, инвестиции и политические процессы. Именно поэтому транспортные коридоры постепенно превращаются в важнейший инструмент внешней политики.
Проект «Четыре моря — девять коридоров» является отражением этих амбиций.
Азербайджан как незаменимое звено
Однако существует фактор, без которого новая транспортная архитектура просто не сможет функционировать полноценно. Этим фактором является Азербайджан.
Любой маршрут, связывающий Центральную Азию с Турцией и Европой через Каспийское море, неизбежно проходит через азербайджанскую инфраструктуру.
За последние годы Баку создал одну из наиболее современных логистических систем на пространстве Южного Кавказа. Бакинский международный морской торговый порт, железнодорожная магистраль Баку — Тбилиси — Карс, международные автомобильные маршруты и масштабная модернизация транспортной инфраструктуры позволили Азербайджану стать ключевым участником Среднего коридора.
Но сегодня значение страны выходит далеко за рамки традиционного транзита. Азербайджан становится точкой пересечения интересов Центральной Азии, Турции, Китая, государств Персидского залива и Европейского союза. По сути, формируется новая функция Баку как одного из важнейших распределительных центров Евразии.
Именно поэтому роль Азербайджана в проекте «Четыре моря — девять коридоров» оказывается значительно более важной, чем может показаться на первый взгляд.
Зангезурский коридор: недостающее звено новой архитектуры
В этой связи особое значение приобретает Зангезурский коридор. Нередко его рассматривают исключительно через призму региональной политики Южного Кавказа. Однако реальные последствия его открытия могут оказаться гораздо масштабнее.
Если взглянуть на карту будущих транспортных маршрутов Евразии, становится очевидно, что Зангезур (TRIPP) способен стать одним из важнейших связующих элементов между Центральной Азией, Кавказом, Турцией и Ближним Востоком.
Сегодня сообщение между Азербайджаном и Турцией осуществляется преимущественно через территорию Грузии. Этот маршрут успешно функционирует и сохраняет стратегическое значение. Однако наличие дополнительного транспортного канала существенно повысит устойчивость всей системы региональных перевозок.
В современной логистике наличие альтернативных маршрутов становится важнейшим условием надежности. Для Турции запуск Зангезурского коридора означает прямое сухопутное сообщение с Азербайджаном и далее с Каспийским регионом и Центральной Азией.
Для государств Центральной Азии открывается дополнительный выход к европейским рынкам. Для Азербайджана это означает дальнейшее укрепление статуса ключевого транспортного узла Среднего коридора.
Более того, в случае реализации проекта «Четыре моря — девять коридоров» значение Зангезурского маршрута возрастет многократно. Он способен стать точкой пересечения сразу нескольких крупных транспортных инициатив — Среднего коридора, турецких логистических проектов и перспективных маршрутов, связывающих государства Персидского залива с Каспийским регионом.
Таким образом, речь идет не просто о новой железной дороге или автомобильной трассе. Фактически формируется новая ось взаимодействия между Центральной Азией, Южным Кавказом, Турцией и арабским миром.
Россия, Иран и США: геополитика новых маршрутов
Однако новые транспортные коридоры меняют не только логистику. Они неизбежно затрагивают сложившийся баланс сил на пространстве Евразии. Поэтому проект «Четыре моря — девять коридоров» следует рассматривать не только через экономическую, но и через геополитическую призму.
Для России происходящие процессы несут двойственный характер.
С одной стороны, Москва остается одним из крупнейших транспортных игроков Евразии, располагая развитой железнодорожной сетью и традиционными маршрутами между Азией и Европой. С другой стороны, ускоренное развитие Среднего коридора и альтернативных направлений объективно снижает монопольное значение северных транспортных путей.
Именно поэтому Россия заинтересована не столько в противодействии новым маршрутам, сколько в сохранении собственного влияния на формирующуюся транспортную архитектуру континента.
Еще более чувствительным выглядит вопрос для Ирана. Географическое положение Исламской Республики традиционно позволяет ей претендовать на роль естественного моста между Персидским заливом, Кавказом, Центральной Азией и Европой. В последние годы Тегеран активно продвигает международный транспортный коридор «Север — Юг», связывающий Индию, Иран, Россию и Северную Европу.
В этой связи появление новых маршрутов, способных частично обойти иранскую территорию, неизбежно воспринимается Тегераном через призму национальных интересов.
Особенно это касается обсуждения Зангезурского коридора, который в иранском экспертном сообществе нередко рассматривается как фактор, способный изменить существующую транспортную конфигурацию региона.
В то же время Иран объективно заинтересован в расширении торговых связей и в перспективе может стать одним из участников более широкой системы евразийских коммуникаций.
Особое место в этой картине занимают Соединенные Штаты. Вашингтон традиционно уделяет большое внимание вопросам транспортной и энергетической связанности Евразии. Поддержка проекта IMEC показывает стремление США участвовать в формировании альтернативных маршрутов между Индийским океаном, Ближним Востоком и Европой.
С американской точки зрения развитие новых транспортных связей способствует диверсификации мировой торговли, снижению зависимости от отдельных маршрутов и укреплению экономических связей между союзниками США в различных регионах мира.
Именно поэтому многие нынешние инфраструктурные проекты следует рассматривать как часть более масштабной конкуренции за будущую конфигурацию Евразии.
Фактически речь идет о борьбе не за отдельные дороги, порты или железнодорожные линии. Речь идет о том, кто будет формировать правила движения товаров, капиталов и инвестиций на пространстве крупнейшего континента планеты.
В этой борьбе особое значение приобретают государства, расположенные на пересечении основных маршрутов. Именно к числу таких государств сегодня относится Азербайджан.
Формируется новый центр Евразии
В течение столетий мировая торговля неоднократно меняла свои основные направления.
Великий шелковый путь уступил место океанским коммуникациям. Затем появились глобальные энергетические маршруты. Сегодня начинается новый этап перераспределения транспортных потоков.
Особенность нынешнего периода заключается в том, что будущее принадлежит не одному маршруту, а целой системе взаимосвязанных коридоров. Победителями окажутся те государства, которые смогут обеспечить их пересечение, интеграцию и безопасное функционирование.
Азербайджан обладает практически всеми необходимыми преимуществами для такой роли: выгодным географическим положением, современной инфраструктурой, устойчивой транспортной политикой и опытом реализации международных проектов.
Поэтому проект «Четыре моря — девять коридоров» важен не только как очередная инфраструктурная инициатива. Он демонстрирует гораздо более глубокий процесс — формирование новой геоэкономической архитектуры Евразии.
В XIX веке могущество государств определялось контролем над морскими путями. В XX веке — доступом к энергетическим ресурсам. В XXI веке одним из главных факторов влияния становится контроль над транспортными коридорами и логистическими узлами.
Именно в этой новой системе координат Азербайджан получает шанс занять место, значительно превосходящее масштабы его территории и численности населения.
По мере того, как на пространстве от Китая до Средиземноморья формируется новая карта международной торговли, Баку постепенно перестает быть просто участником транспортных проектов. Он становится одним из центров, вокруг которых будет строиться новая экономическая география Евразии.
Намик Алиев ,доктор юридических наук, профессор,
