Вопрос о возможной атаке США на Иран сегодня вышел далеко за рамки академических дискуссий и кулуарных прогнозов. Он обсуждается одновременно в штабах, дипломатических канцеляриях, разведывательных структурах и медиапространстве — от профессиональных аналитиков до пропагандистов всех мастей, уровней и степеней ангажированности. По совокупности рисков и последствий эта тема уверенно входит в тройку самых взрывоопасных вопросов современного мира. И именно поэтому имеет смысл рассматривать её не через эмоции и лозунги, а через холодное сопоставление аргументов «за» и «против».
Аргументы «за»:
1. США вступили в состояние обострение системного экономического кризиса, начало которого восходит к глобальному шоку финансовой системы этой страны 2008 года, когда десятилетиями пестуемая, холимая и лелеемая брентон-вудская система, казалось бы, заменившая классическую марксистскую дала сбой, потребовала триллионных вливаний наличности для сохранения и полной перезагрузки мировой экономики. Именно тогда проявились первые признаки начала конца тотальной американской гегемонии. Именно тогда заявили о своих амбициях потенциально новые центры силы геополитики – Россия, Китай и примкнувший к ним Иран, а спустя десятилетие – БРИКС и БРИКС+. В смысле поддержания хотя бы на время все более быстрыми темпами ускользающей собственной гегемонии США необходим удар по Ирану, чтобы «тряхнуть стариной» и отодвинуть на шаг вперед надвигающуюся экономическую деградацию.
2. США сегодня находятся в состоянии системного внутриполитического кризиса, разрыва горизонтальных и расшатывания вертикальных связей, а кое-кто из политологов говорит уже о начале там чуть ли не гражданской войны (в перспективу которой в ближайшем обозримом будущем лично я не очень-то верю). На политическое противоборство противостоящих друг другу лагерей федерального уровня накладывается электоральная специфика и амбиции региональных элит, которые только усиливают общую дестабилизацию. В этих условиях президенту Трампу очень нужна классическая «маленькая победоносная война», и удар по Ирану кажется вполне логичным.
3. Евроатлантические западноевропейские союзники в классическом их понимании – Старая Европа без Центральной и Восточной, а также ближневосточные союзники, каждые в силу своих частных интересов, требуют от США ударить по Ирану. Первые – чтобы сохранить над собой американский «ядерный зонтик» и самим не тратиться очень сильно на оборону; вторые – чтобы затормозить на время рост могущества обгоняющего в развитии Ирана и сохранить власть существующих элит хотя бы до естественной смены поколений. Они в совокупности и каждый в отдельности, как говорят в таком случае в России, разводят Трампа на «слабо». Дескать, а не слабо ли тебе будет жахнуть по Ирану, чтобы все в хлам, а потом чисто из интереса посмотреть, а что получилось? Больше всех в этом вопросе стараются Израиль и ОАЭ, ну и, конечно, прибалты с украинцами в надежде на очередную подачку с барского стола.
4. Удара по Ирану требуют и американские военные, чтобы понимать, а на что они действительно способны. Армия США по серьезному, с достойным и равным противником не воевала со времен Второй Мировой войны, когда постоянно огребала то от японцев, то от немцев с их союзниками, упомяну лишь Окинаву, Монте-Кассино и Арденны. В Корее, Вьетнаме и Афганистане дела у американцев обстояли не лучше. Сейчас США готовятся к военному столкновению с Китаем за гегемонию, и военным надо понимать, потянут ли они реальную войну с равным противником или нет, тем более что Китай накачал Иран системами ПВО/ПРО и береговой обороны. Самое время проверить, насколько хорошо китайское вооружение в руках иранцев. Как показал опыт Венесуэлы, российское оружие в руках дикарей – все металлолом, кроме автомата Калашникова.
5. После всех сделанных США военных заявлений, демаршей и маршей отказ Трампа от удара по Ирану будет восприниматься всеми – и его союзниками, и его противниками в регионе Ближнего Востока, да и по всему миру не только как его личная слабость, но и как слабость Америки, которой больше доверия нет. И тогда начинает рушится вся система траста – согласия на доверии силе, на которой основана вся внешняя политика США после Второй Мировой войны. Финал этого понятен.
Аргументы «против»:
1. Удар ради просто демонстрации силы сам по себе никакого значения не имеет, если не приведет к серьезным последствиям. Военно-воздушный или военно-морской удар без наземного вторжения к смене политического режима в Иране не приведет. Сил на наземное вторжение у США сейчас просто нет, по крайней мере, в регионе. Надежды на очередную вспышку внутренних протестов стремятся к нулю в силу двух обстоятельств. Недавний мятеж был подавлен, и в Иране идет систематичная зачистка потенциально опасных для власти элементов. Если последует удар, ликвидируют все тюрьмы, а протестующих будут открыто расстреливать из пулеметов и артиллерии как предателей и коллаборантов. И вся моральная ответственность в этом случае ляжет на США и Израиль.
2. Достоверно неизвестно, хватит ли у США достаточного количества военно-технических ресурсов, чтобы обеспечить эту агрессию. Когда речь заходит про крылатые ракеты «Томагавк» – основное ударное средство ВМС США, то на ум приходит цифра в 4300-4400 таких боеприпасов всего у США, как на боевом дежурстве, так и в арсеналах, причем в арсеналах якобы не более 1200-1300 единиц. Это – предельное количество, которое США может использовать против Ирана, чтобы не остаться ни с чем перед лицом Китая. А еще Зеленский постоянно клянчит эти ракеты для Украины. И тут Трамп оказывается в ситуации буриданова осла.
3. Реально неизвестен военно-технический потенциал Ирана, существенно изменившийся за последние полгода после американо-израильской атаки прошлым летом за счет поставок китайского и российского вооружения, которое показало себя в реальных боевых условиях во время недавнего индийско-пакистанского конфликта и, конечно же, на Украине. Американское оружие в то же самое время со знаком «минус» показало себя на Украине, причем не в руках не украинских, а вполне себе американских военных, трупы которых сонями отправляются оттуда в США. И совсем не факт, что на этот раз Америке удастся отскочить за пол-виста, а не забрать на мизере. И в Пентагоне это прекрасно понимают, когда предлагают Трампу то ли четыре, то ли пять вариантов действий, включая сыграть в Себастьяна, то есть быстро и незаметно уйти.
4. Впереди нас ждут зимние Олимпийские игры в Италии, и начать военные действия во время их проведения, как это сделала Грузия во время летней Олимпиады 2008 года в Пекине, для США как для страны, считающей себя великой, – нон-комильфо, моветон и дурная манера копировать поведение политических карликов. А на конец февраля объявлены иранско-китайско-российское военно-морские маневры в Ормузском проливе, где уже сейчас находятся два китайских эсминца.
Что дальше?
4 февраля, по хорошо проверенным слухам от информированной источника, Белый дом отказался от переговоров с Тегераном в связи с корректировкой им круга и содержания предлагавшихся к обсуждению противоречий, по сути – ультиматума Вашингтона. Тегеран заявил, что выполнение этих требования означает «конец исламской республики». США и Иран остались один на один в плотном кольце зрителей. В таких условиях не ждут удара гонга.
Трамп в цугцванге, и изменить это он не может. Как девелопер, привыкший считать риски и защищать активы, он отлично осознаёт: лучше на время проглотить имиджевые издержки, чем навсегда остаться в памяти как лузер, публично проигравший заведомо более слабому противнику.
Позор страшен, но фиаско – еще страшнее. И тут из двух зол надо выбирать меньшее. Вот поэтому США не атакуют Иран.
Олег Кузнецов, к.и.н., профессор, Россия
